Тишина больничной палаты тяжелее любого пронзительного крика. Генри застывает у кровати матери, и впервые время перестаёт существовать — остаётся ледяное осознание: ей остался месяц. За дверью привычная суета, а в палате точка невозврата. Он перебирает в памяти годы, проведённые в спешке, и не находит ни одного дня, которым мог бы гордиться как достойный сын.
Последняя фраза срывается с губ почти шёпотом и он готов отдать всё, лишь бы она не покидала его. Рядом появляется незнакомец — безликий, спокойный, с предложением, которое невозможно услышать дважды. Сорок четыре года жизни — цена за спасение. Ответ вырывается быстрее удара сердца. Наутро мама садится в постели, в глазах горит огонь.
Анализы чисты, врачи пожимают плечами, не находя объяснений. Но чудо оказывается сложнее простого исцеления. Разглаживаются морщины, возвращается лёгкость в движениях, голос становится моложе. Она возвращается в ту пору, когда Генри учился завязывать шнурки и не умел ценить каждый её вздох. Теперь оба движутся в незнакомом направлении.
Постаревший сын и мать, часы которой пошли вспять. Придётся заново учиться говорить правду, не прятаться за дежурными фразами и быть рядом здесь и сейчас. А ей — жить со странным подарком, имя которому — сыновья жизнь, отмеренная на весах любви и вины.